За садовой оградой источник

Белый ключик сжимает в руке.

Белой кисти сиреневый кончик

Отмывает сирень в ручейке.

С гор бежит эта чистая влага,

По каменьям чуть слышно шурша,

И дрожит в нетерпенье бумага,

Чуя запах карандаша.



 

едешь

из одиночества в одиночество,

но везёшь с собой целый мир.



 

Оплетает ежевикой

Песня струны тонкие.

Ты бежишь тропинкой дикой

Дикою девчонкою.

Над тобой смыкают своды

Лес и облачные башни.

Воплощением свободы

Знойный день и вечер влажный.

Манит ночь прохладным гротом,

Водопаду гладит спинку.

Счастье ждёт за поворотом.

Смотрит вдаль, жуёт травинку.


БЕЛАЯ НОЧЬ

Штопор предшествует шторму в душе.

Пробки, полегче на вираже!

Утренний морок ещё далеко,

Звёзды и полночь – это легко!

Воздух вибрирует от сотен лассо,

И кто-то всегда угодит в кольцо.


АЛЬБОМНОЕ

На этой лавочке мы все такие лапочки!

И в фонарях ещё горят все лампочки.

А выше фонарей тусовка звёздная

И по колено ночь крикливым ласточкам!



 

Я снова живу – травой на твоей дороге.

Но не могу сказать об этом – у травы нет голоса.

Есть ощущение ног твоих,

Когда ты наступаешь на меня.

Но за твоей спиной я выпрямляюсь,

Гордая, как и раньше,

Когда жила человеком на этой земле.



 

съеденное яблоко бросает щёки в жар,

губы в дрожь…

искушение остаётся в силе…



 

«В златотканые дни сентября»

Мы летим сквозь просторы, свободой горя,

Недопетой любовью, недопитым вином

Проливаясь на осени полотно.

В златоверхих макушках родимых осин

Змей запутался хрупким предвестником зим.

Снежный облак струится… Туман-молоко…

В яркотканых одеждах грустится легко.

Обживая руины блестящим плющом,

Обопрись на осеннего друга плечо.

И осеннего чая душевный настой

Возвратит тебя к жизни прекрасно простой.



 

В Томске осень. Это просто,

И красиво, и печально.

Presto-presto, пёстро-пёстро

И легко необычайно.


По деревьям мчатся краски.

Осени в границах тесно.

Огневых лисиц повадки

В листьях, в людях... Presto-presto.



 

стреноженные желанья

скрылись в японском тумане

медленно утекают

скроются до зимы


ёжики тоже японцы

плюшевый мишка опять же –

вот образец медитаций

ухом не поведёт


как в настоявшемся чае

листья на дно стремятся

осень ссыпает пазлы –

реки, людей, деревья


в капле земной испарины

легкой осенней простуды

всяк муравей огромен

каждый листок ему домик


это молчание ветра

на ноты его не разложишь

трепет осенних желаний

словно гербарий в альбоме

посмотришь

альбом захлопнешь

и – до свиданья, отчаянье! –

гладишь чужую кошку


реки – мечи самураев –

опутаны паутиной

занесены для взмаха

осеннего харакири


рыбья участь – текучесть,

стайность, прохладное тело

встроить в многоугольник

чтобы душа прозрела

длинною стала и стройной

в хоре легко запела

забыла, чего хотела



 

Как найти дорогу к весне?

Начни с осени.

Она покажет.



 

Как у твоего солнышка да полярная ночь.

Скручена метель раковиной рваной.

А когда солнышку не светить невмочь,

Оно прорывается северным сияньем.


Но немой крик «эсэмэсок» цветных

Не достигает твоего горизонта –

Испугавшись ожогов от чувств неземных,

Ты раскрыл над собой озоновый зонтик.



 

Спокойной ночи, товарищ по играм!

Отдых нужен и зайцам, и тиграм.

Мы не брутальны – прошли и растаяли.

Страсти слиняли, собачьи окраины

Брешут вполголоса, невсерьёз.

Снежные джунгли на стёклах.

Мороз.



 

друг из Израиля пишет:

расскажи мне

о снежной зиме



 

недавно писала стихи –

руки ещё дрожат



 

и воде нужна стадия льда –

остановиться,

подумать



 

Мороженое жжёт

Безоблачное нёбо,

А можжевельник ждёт

В подарок манны с неба.

Колючками антенн

Он ловит небылицы

И в веретёнах ягод

Накапливает свет.

А в коконе забот

Есть чистые страницы

И полновесный бред,

Что память наплетёт.



 

Некровные узы –

Незримые цепи.

Кристаллами друзы

Росли наши цели.


Что властвует в мире:

Закон иль случайность? –

Остались в наследство

Семейные тайны.


Различье фамилий,

Различие крова,

Но мы породнились

Словесною кровью.


Она не иссякнет

Со смертью поэта,

Весной не растает,

Пополнится летом.


Глаголы, союзы,

Цитаты из греков –

Некровные узы,

Держащие крепко.



 

Лето мимо скользнёт тихо, крабьим бочком.

Но успеешь поймать, как жар-птицу за хвост.

Две недели у моря, трепещущих звёзд,

Самолетных пунктиров, виноградных глотков.



 

Дайте мне точку опоры,

Дайте мне солнце и море,

И я без натуги и фальши

Сумею жить дольше и дальше.



 

Пока сидишь на парапете

И солнца милостыни ждёшь,

Тебя по шерсти гладит ветер

И звук прибоя гонит в дрожь.

Зелёный чай в стакане стынет.

И зелень волн луны бледней.

И почему-то видишь иней

В кострах зелёных тополей.



 

Иностранцем беспечным

Сядешь на волнолом…

Жаль, что радость конечна.

Твой нехитрый улов –

В рюкзаке горсть ракушек

И пятнистых камней, –

Вот итог побегушек,

Суть раздумий, соль дней.

И уже новый поезд,

И колёса стучат

Так спокойно и ровно:

На закат! На закат!



 

К небу! К небу стремится

Южный народец деревьев.

А нас уже клонит к земле –

Стелиться в преддверии тундры.



 

Раскручена спираль ветров от сонной Сены,

И пляшет Пляс Пигаль под дождиком осенним…



 

Настанет «месяц без богов»,

И нет руля, и нет ветрил.

Спешишь, куда влечёт Эол

И башмаки из «крокодил.»


Там, на другом конце земли,

Ещё цветы не отцвели

И кружит ангельский бульдог

Вблизи туристских бледных ног.



 

В самолёте, идущем на взлёт,

Ты поставишь все деньги на сны,

И дыханье твоё поплывёт

В узкой лодке соседней спины,


Устремляясь к чужим городам,

Где вкус речи чужой еле слышен.

Там кисельные берега,

Черепичны волнистые крыши.


Там в бореньях за свободу

Простота одежды – данность.

Влтавы медленные воды

Перехлёстывают дамбы.


Алхимических рецептов

Недостаточно для боли,

Что копилась в сердца центре,

Билась в колокол неволи.


А достаточно малины,

Вязких сумерек над речкой,

Нежных пальцев паутины,

Шёпота сверчка за печкой.



 

Фото на мониторе:

Флоренция? Генуя? Падуя?

Есть же пути проторённые –

Пропасти генной памяти.

Мчимся по ним поездами.

Страны мелькают и гаснут.

Горы, моря и здания

Прекрасные ненапрасно.

Кровь переплавилась в бронзу.

Пепел пророс именами.

И Возрожденье Позднее

Кружится снегом над нами.

 Написать комментарий

Введите оба слова в поле ниже с пробелом или без Текст регистронезависмый

Не можете прочитать? Обновить

 Закрыть